1920. Потерянное поколение

Объявление

Нью-Йорк ревущих 20-х приглашает всех поклонников не слишком альтернативной истории с элементами криминального детектива. Джаз, немое кино, становление организованной преступности и борьба с ней.
Неон сверкает, исправно поступает конфискат, и все желающие прикоснуться к эпохе, проверить глубину Гудзона или вершить дела под дробный звук пулемёта в возрасте 18+ всё ещё могут это сделать. Присоединяйтесь!
По любым вопросам можно обращаться в гостевую книгу.
⦁ обновился шаблон рекламы на зимне-праздничный вариант;
⦁ приветствуем нашего новичка Ллойда Макбрайна, желаем ему вдохновения и захватывающей игры;
⦁ тестируем новый дизайн, просьба информировать администрацию о всех багах или некорректной работе скриптов и форума;
⦁ с 5 ноября 2018 года игра возобновляется.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » 1920. Потерянное поколение » Сыгранное » Страшная сказка на ночь


Страшная сказка на ночь

Сообщений 1 страница 20 из 33

1

http://s8.uploads.ru/cEBaA.jpg
Участники: Одри Рочестер, Гален Кассиди;
Время и место: первые числа мая 1920 года, улицы Нью-Йорка;
Погода: Снова цветут каштаны...
Чувства обмануты, маски перепутаны. Жизнь преподает уроки, но люди - некудышные ученики

+2

2

Переезд в Нью-Йорк принес Одри Рочестер много новых знакомств, он словно разделил ее жизнь на две части. В той, что до, осталось детство, качели на старом пекане во дворе ранчо, разнаряженные куклы, лохматый пони, на котором катал ее отец, пансион, где несносная в своей безупречности madame Шанто объезжала капризных и свободолюбивых американских девочек, превращая их одновременно и в балерин, и в королев. Там остался зной Техаса, безбрежный простор прерий, запах костров, конского пота и нефти, и опрокинувшийся над всем этим купол звездного неба. В той, что после, начиналось взросление и свобода, за которую мисс Рочестер была искренне благодарна отцу. Путь даже многие скажут, что она распоряжается этой свободой дурно.

Его звали Александр. Александр Левитт. Он был из той породы людей, что на дух не переносил ее отец. Художник, нескладный и суетливый, словно взъерошенный грач, с пронзительным взглядом и длинными нервными пальцами. Более опытные женщины сказали бы Одри, что этот красавчик много нюхает кокаин, но она находила Александра интересным, непохожим на других и необыкновенно талантливым. И, конечно же, не нуждалась в ничьих советах.
Они познакомились в Гринвич-Виллидж, в нижнем Манхеттене, где, вокруг корпусов Нью-Йоркского университета скучилась богема и радикальные политики, где Марсель Дюшан и его друзья запускали с вершины арки на Уошингтон-сквер воздушные шары, провозглашающие "Независимую Республику Гринвич-Виллидж". Левитту было далековато до Дюшана, он не расписывал писсуары, а пытался работать с натурой. Ужасно смущаясь, он подошел к хорошенькой блондинке и предложил ей позировать ему.
Это была Судьба. Это была Настоящая Любовь. Так думала Одри, и в этом не было ее особой вины. Ведь все вокруг кричало о необходимости и неизбежности Настоящей Любви. Книги, стихи, синематограф. И только некоторые Великие, да и то осторожно, намекали, что это прекрасное и ожидаемое каждой юной особой чувство идет сильно вразрез со здравомыслием.
Любовь — недуг. Моя душа больна
Томительной, неутолимой жаждой.
Того же яда требует она,
Который отравил ее однажды.

Мисс Одри Рочестер подхватила вирус влюбленности в конце февраля, и к маю была полностью во власти чувственной горячки.
Сначала они с Александром просто гуляли и с упоением разговаривали обо всем на свете. Он рисовал ее портреты, Одри хранила их в особой папке, подальше от любопытных глаз горничных и тетки. Потом Левитт, уже не слишком смущаясь, показал девушке набросок, на котором она, целомудренно позировавшая одетой, была нарисована обнаженной. Преисполненная праведного гнева, Одри хлопнула дверью студии, а ночью лежала в постели без сна, думая о той стороне Настоящей Любви, о которой в книгах и стихах упоминалось вскользь.
Вскоре они помирились, Александр учил ее целоваться и все яснее давал понять, что хочет большего. Но, как истинный джентльмен, не станет настаивать, если сама любимая этого не желает. Однако ее нерешительность делает его ужасно несчастным.
Все эти страдания и метания должны были закончиться определенным образом. "Да, сегодня все случится", - однажды окончательно решила мисс Рочестер. "Сегодня" в Гринвич-Виллидж намечалась большая богемная вечеринка в честь свободы и прогресса. И Одри тоже была приглашена.

- Куда ты собираешься, дорогая?
- На благотворительный концерт, тетя Мелисса. Не беспокойся за меня.
Говорят, что любовь делает мужчину робким, а женщину - смелой. На самом деле речь скорее об изворотливости. Если бы не любовь, Одри никогда не стала бы лгать тетке и готовится к побегу на вечеринку так, как иные готовятся к ограблению банка.
Несколько минут она воодушевленно расписывала бремя благотворительности и перечисляла имена достойных женщин, в обществе которых она проведет этот вечер. Чем заслужила благостный вздох тети Мелиссы, поцелуй в лоб и напутствие: "Ты просто ангел, моя дорогая". Что означало согласие отпустить пташку из золотой клетки на вожделенную свободу.
В длинном строгом платье и жакете, старившем ее лет на десять, Одри села за руль своего Кадиллака Виктория и чинно выехала со двора. В таком виде она добралась до ближайшего парка, где, в относительном уединении салона, переоделась в расшитое бисером и блестками мини. Ткань струились под пальцами и возбуждающе холодила кожу. Александру приятно будет снимать его. Ну, или как там у них все получится.
Закусив губу, Одри на некоторое время впала в мечтательную задумчивость, погладила себя по коленям, покраснела и занялась макияжем вамп. Очень хорошо, что тетя Мелли не видела этого преображения.

+5

3

Далеко не все представители творческих профессий были нищебродами, хватало среди них и людей состоятельных. Во время войны многие из тех, кто хотел остаться в стороне от кровавого безумия, сохранить себя от прозябания в окопах и нелепой смерти где-нибудь под Верденом или Пашендейлом, эмигрировали в Америку. И хоть война уже два года как закончилась, беглецы не спешили возвращаться, обнаружив внезапно, что Нью-Йорк ничем не хуже Парижа или Ниццы.
Для богемной вечеринки совместными усилиями устроителей был снят подвал Century Theatre, театра настолько безуспешного и разорившегося, что владельцы его, стараясь хоть как-то поправить финансовое положение, наскоро переоборудовали часть здания в ночной клуб «Cocoanut Grove». Именно в нем сейчас отплясывала, возвышенно беседовала о свободном творчестве и судьбах мира, блуждая в переплетении кокаиновых дорожек, или обжималась по углам, отдавая дань основному инстинкту, золотая молодежь, главным образом студенческая.
- Будешь сидеть тут с таким постным видом, она тебе никогда не даст, - подначивал Левитта один из старших приятелей. - На вот, глотни для храбрости.
Выпивать вроде как было незаконно, но бар в заведении имелся, и подле него был особенно людно. Сухой закон уже почти полгода, как приняли, но полиция не слишком усердствовала. Да и какой толк устраивать шухер, все равно все поклянутся, что принесли спиртное с собой и разливают на вечеринке бесплатно и по-товарищески, так что ни оштрафовать, ни засудить будет некого.
- А если она не придет? - продолжал страдать Александр.
- Придет.
- А если она…
- Снова будет ломаться? Алекс, да что ж ты никак девчонку не уговоришь? Нам стыдно за тебя.
Слушатели, из тех, кто знал суть проблемы, дружно заржали.
- Ладно, так уж и быть, выручу. Есть у меня чудо-флакночик.
С видом заговорщика самопровозглашенный бармен наполнил бокал каким-то коктейлем и подтолкнул Александру.
- Угости свою недотрогу. И сам угостись. И все у вас получится, гарантирую.
Тут Левитт разглядел у входа блестящее платье мисс Рочестер, и, благодарно кивнув и прихватив коктейль, был таков.

- Этот недоумок хотя бы знает, кто она? - тихо спросил бармена мужчина, судя по его представительному виду, давно уже распрощавшийся с годами беспечной юности. Хотя его все еще можно было принять, например, за преуспевающего литератора, получающего удовольствие от общения с творческой молодежью.
- Знает. И уж поверь мне, Левитт - не недоумок.
- Недоумок, если решил, что ему позволят жениться на этой золотой кукле.
- Наверное, у него есть план. Но, как я понимаю, это уже не имеет значения?
- Что ты им намешал? - вместо ответа спросил «литератор».
- Мартини с опиумом. Любовью нашим малышам после такого, конечно, не заняться. Но спать будут крепко. Послушай, когда все откроется, у полиции появятся ненужные вопросы. Как бы не ко мне.
- Вали все на Левитта, дружок. У нас есть козел отпущения.
- Но ведь он может вспомнить, кто подсунул ему выпивку.
- Он ничего не вспомнит, обещаю. И ничего никому не расскажет…

+4

4

«Cocoanut Grove» встретил Одри грохотом джаз-банда и запахом табачного дыма, повисшего под потолком подвального помещения ночного клуба плотным сизым облаком. Прямо с порога девушку увлекла в танец подвыпившая студенческая компания, в которой ей столь рьяно взялись доказывать преимущество чарльстона над квикстепом, что мисс Рочестер на какое-то время даже позабыла о своем намерении поскорее объясниться с Александром, отдавшись на волю волн захлестнувшего вечеринку безудержного веселья.
Левитт потерял свою путеводную звезду в толпе и растерянно озирался, тревожно прикрывая ладонью бокал, чтобы не расплескать в толчее его драгоценное содержимое. Наконец Одри, раскрасневшаяся после быстрого танца, сама вынырнула перед ним сверкающим поплавком из бурных вод чарльстона. Сердце ее гулко колотилось, светлые волосы растрепались, а глаза сияли предвкушением чуда.
- Какая потрясающая вечеринка, Алекс! Потанцуем?
Настроенная самым решительным образом и внутренне волнительно холодеющая от собственной смелости, Одри обвила руками шею возлюбленного:
- Ну, пожалуйста. Пожалуйста! Ты говорил, что не умеешь, но я тебя научу.
- Я не люблю толпу, ты же знаешь, дорогая, - Александр имел привычку изображать из себя байронического героя, опоздавшего родиться ровно на столетие. - Шум и легкомыслие душат меня. Хочу быть с тобой. Остаться с тобой. Наедине.
Рука его жадно скользила по спине прильнувшей к нему девушки. Вторая, к сожалению, была занята бокалом.
- Давай выпьем, - тут же предложил Левитт, вспомнив о радужных обещаниях того, кто ему этот бокал наполнил.
- Мартини? Фу! - Одри капризно скривила губы. - Я хочу шампанского!
С детства привыкшая к тому, что ее желания исполняются практически беспрекословно, мисс Рочестер порой выбивалась из образа чувственной и нежной девочки, требуя, чтобы все было так, как ей по нраву, и никак иначе.
- Это особенный мартини, дорогая. Выпей. Ради нашей любви.
Ради любви Одри предпочла бы оставаться трезвой, ее первый раз должен быть совершенно особенным, удивительным… Так пишут в книгах, а в книгах и стихах не лгут, не так ли? Но Александр смотрел на нее с такой мольбой, что Одри со вздохом уступила, сделав несколько маленьких глотков. Мартини она не любила, а у этого вкус был какой-то особенно мерзкий, аж язык онемел. Девушка вернула бокал Левитту, и тот допил его залпом.
- Теперь я буду знать все твои тайные помыслы!
- Глупый, ты и так их знаешь, - проворковала Одри, прислушиваясь к себе. От алкоголя в желудке быстро расползалось приятное тепло, откуда-то изнутри поднималось, пузырьком воздуха в шипучке, странное, бесшабашное веселье. Наверное, Александр таки был прав, ей нужно было выпить.
- Танцевать! Вот теперь точно танцевать.
Она потащила Левитта в гущу танцующих, на этот раз он не сопротивлялся, а Одри изнывала от нетерпения показать ему пару новых па. Но вскоре оказалось, что ноги у нее как-то странно заплетаются.
- Ну что такое!
Едва не падая, она схватила Александра за плечо. Голова кружилась, лица людей расплевывались перед глазами, потолок раскачивался, грозя обрушиться. Девушке казалось, что она вот-вот осядет на пол, но первым ноги подкосились у ее спутника.
- Помогите, - сдавленно пискнула Одри. И свет померк.

+4

5

Гремучая смесь, столь любимая проститутками, решившими обобрать спящего клиента до нитки вместо того, чтобы честно отработать его прихоти, первым свалила с ног Левитта, выпившего большую часть содержимого бокала, И это было на руку тем, кто деятельно следил за происходящим с молодой парочкой. Когда Александр свалился без чувств прямо посреди танцпола, именно это происшествие завладело вниманием окружающих. Обморок мисс Рочестер остался почти незамеченным, едва девушка обмякла, ее, не давая упасть окончательно, подхвати на руки тот самый «литератор», что разговаривал с барменом четвертью часа ранее.
- Что с ним? Что случилось? - Чарльстон смешался, танцующие сначала расступились, а потом обступили неподвижно лежащего на полу художника. - Ой, он что, умер? Да нет же, дышит…
- Пропустите, я доктор, - какой-то человек склонился над Левиттом, проверяя пульс.
В этой суете «литератор» беспрепятственно нес свою добычу к выходу, голова девушки доверчиво покоилась у него на плече, а единственного любопытствующего, вероятно, кого-то из знакомых мисс Рочестер, удалось отвадить объяснением, что бедняжке сделалось дурно от тесноты и табачного дыма, но на улице, на свежем воздухе она мигом придет в себя.
За зданием театра их ждала машина. Мужчина усадил бесчувственную девушку на заднее сиденье, уселся туда же сам, и авто тут же тронулось. На парковке осталась валяться лишь одинокая лакированная лодочка с расстегнувшимся ремешком, соскользнувшая с ноги Одри в тот момент, когда ее загружали в автомобиль. Золушкин башмачок, вот только прекрасный принц не спешил в погоню за исчезнувшей красавицей-незнакомкой.
- Я отвезу парня в больницу, - распоряжался в клубе «доктор», имевший примерно такое же отношение к медицине, как только что покинувший «Cocoanut Grove» «литератор» - к литературе. Несколько доброхотов помогли ему перенести Левитта в машину, и она тоже уехала. Танцы тем временем возобновились.

- Как все прошло? - спросил тот, кто был за рулем.
- Лучше некуда, - «Литератор», пользуясь возможностью, ловко связал спящей Одри руки загодя припасенным обрезком тонкой бельевой веревки. - Не доверяю я всей этой химии. Так-то понадежнее будет.

+3

6

Одри очнулась так же внезапно, как и отключилась. Наркотик все еще блуждал в ее крови, стирая грань между сном и явью и до предела обостряя чувства, но пары глотков мартини оказалось недостаточно для того, чтобы надолго удержать мисс Рочестер в стране грез.
- Александр… - пробормотала она сонно, чувствуя, что голова ее склонилась на мужское плечо, покачиваясь в такт движению авто. В салоне довольно ощутимо потряхивало.
"Рессоры никуда не годятся, это какой-то старый катафалк, а не мой Кадиллак…"
Первая мысль была вязкой, как густое малиновое варенье, зато следующая будто током ударила. Одри в силу извечного женского стремления всегда оставаться хорошенькой, попыталась было поправить растрепавшиеся волосы и, холодея от ужаса, установила, что у нее связаны руки. Связаны руки!!!
От неожиданности девушка всем телом дернулась, потревожив сидящего рядом мужчину.
- А ну тихо сиди,- прошипел тот.
- Что там такое? - донесся голос с переднего сиденья.
- Наша красотка очухалась, что-то рановато. Мало отхлебнула. Надо пить до дна, когда предлагают, малышка.
Он покровительственно похлопал пленницу по щеке, та сначала уставилась широко распахнутыми глазами на совершенно незнакомое ей мужское лицо, скривившееся в скабрезной ухмылке. А потом испустила пронзительный крик.
Кто они такие?!
Нет, Одри Рочестер решительно не желала задавать никаких вопросов и выяснять, кто эти люди и что им от нее нужно. В бульварных газетенках, которые тетка настоятельно рекомендовала племяннице даже в руки не брать, и которые с удовольствием читали и обсуждали студенты, хватало леденящих кровь историй об изнасилованиях и убийствах, в любой форме и очередности. Лишенная возможности рассуждать здраво, Одри все же не лишилась до конца способности чувствовать, и в данную минуту она испытывала такой всепоглощающий страх, которого никогда не знала ранее. Раньше ей и бояться было нечего, разве что воображаемых чудовищ, прятавшихся в шкафах и под кроватью, но из этого счастливого возраста детских страхов и детских бед Одри уже выросла. Игры тоже закончились.
Наверное нужно было сказать этим людям, кто она, умолять, убеждать, что отец не пожалеет никаких денег за ее безопасность, но парализованная ужасом, девушка просто продолжала бездумно кричать.
- Лино, да заткни же ты ей пасть! - первым не выдержал водитель.
Второй мужчина, тот, что рядом, опустил огромную лапищу на лицо Одри, и это прикосновение, грубое, отвратительное, вывело ее из ступора, вернув возможность двигаться и волю к жизни. Которая, если она немедленно не предпримет хоть что-нибудь, может очень быстро и мучительно оборваться.
Одри по-звериному вцепилась зубами в мужскую ладонь, извернулась, пытаясь оттолкнуть негодяя ногами, причем отчаяние придавало ей такие неожиданные для девушки силы, что она сломала каблук уцелевшей туфли об ребра мужчины, и теперь уже он испустил яростный и полный боли рев. На заднем сидении авто было не так уж много места для сражения, которое мисс Рочестер наверняка проиграла бы, успей противник хотя бы раз по-настоящему ударить ее. Но она врезалась спиной в дверцу, навалившись локтем на дверную ручку, и почувствовала спиной пустоту.
Падать в пустоту было жутко.
"Я разобьюсь… Или меня убьют".
Лапища похитителя мелькнула в опасной близости, но все, что осталось у него в руке - клок блестящей ткани от подола платья мисс Рочестер. Которая вывалилась на дорогу и покатилась по мостовой, до крови сбив колени и локти об брусчатку. Встречная машина торопливо вильнула в сторону, пронзительно сигналя клаксоном. Но беглянка уже вскочила, пошатываясь и затравленно озираясь по сторонам. Зрение по-прежнему отказывалось до конца служить ей, совершенно незнакомая улица расплывалась в глазах Одри цветными пятнами, какие-то женщины, перешептываясь, указывали на нее пальцами, водитель, которого она напугала, бранясь, сдавал задом, съезжая с бордюра…
- Помогите! Ну, помогите же мне. Хоть кто-нибудь! - всхлипнула девушка, оборачиваясь. Машина, из которой она выпрыгнула, разворачивалась, но тот, с отвратительными лапами, уже успел выскочить из нее. Нужно было бежать, но куда?!
Единственное, что смогла рассмотреть Одри, это автобусную остановку и стенд с газетами, где какой-то мужчина покупал сигареты. Мисс Рочестер бросилась к продавцу и покупателю, охваченная отчаянием и готовая уже практически на что угодно.
- Умоляю вас, кто-нибудь, вызовите же полицию!

Отредактировано Audrey Rochester (2018-08-03 11:53:02)

+4

7

День, как водится, не задался. И начался он с того, что Галена отстранили от расследования. Того самого, мутного, про англичанина-утопленника.
- Вот же ж твою мать! - детектив в сердцах запустил папкой с материалами дела в делопроизводственный шкаф, в результате этого сотрясения со шкафа с грохотом посыпалось множество давно потерянных в убойном отделе предметов.
- Детектив Кассиди, вы что-то хотите мне сказать? - выглянул на шум из своего кабинета старший инспектор Вагнер.
- Ничего цензурного, сэр. Нет, сэр. Да, сэр. Есть пойти покурить в коридор и не громить помещение.
- Да не психуй ты, Гален, - утешали коллеги. - Больно нужен тебе тот покойник. Радуйся, что легко отделался. А не как Макбрайн.
Капитана Макбрайна на прошлой неделе перевели в Бронкс из Манхеттена, и все практически в открытую говорили о том, что вся эта подковерная возня из-за того, что тот слишком рьяно вел расследование убийства двух полицейских во время ограбления складов с алкоголем. Макбрайна было по-настоящему жалко, потому что каждый из детективов готов был землю жрать, лишь бы докопаться до истины, когда дело касается смерти товарищей. И если кого-то наверху это не устроило, дело дрянь.
«Так можно и до забастовки дойти», - перешептывались копы. И Кассиди решил, и правда, радоваться, что его просто легка отшлепали за то, что он не угодил господину городскому казначею. Как-то за этой радостью заветная фляжка к концу дня опустела, и Гален поехал утешаться на встречу с осведомителем в Бруклин.

Оставив полицейскую машину за квартал до места встречи, он пошел пешком по Третьей авеню, потом свернул на 93-ю улицу. Тут, вокруг открытого год назад фешенебельного отеля «Споффорд», порхали ночные бабочки на любой цвет и размер. Подуставшие за зиму от полушубков, коротких пальтишек и манто, с наступлением тепла жрицы любви соблазнительно оголились и бросались на все живое мужского полу, как мартовские кошки. Поэтому когда особо рьяная из гетер потащила его в простенок между двумя магазинами и фонарным столбом, предусмотрительный детектив успел показать ей жетон на поясе быстрее, чем она расстегнула ему брюки.
- Копам бесплатно, - тут же сориентировалась бойкая девица.
- Кавалеристы тоже, знаешь ли, денег не берут.
- Хотя бы угости даму сигаретой, легавый.
Кассиди порылся в кармане, в пачке оставалось ровно две сигареты, ему и проститутке. Подпирая стену из красного кирпича, они покурили и немного поболтали о профессиональных трудностях.
- Ну и как мне теперь жить?
- На остановке купишь, - шлюха лениво указала рукой направление.

Он уже расплачивался, когда вечер взорвался визгом тормозов, руганью и призывами о помощи. Ирландец обернулся. Прямо к нему неслась девушка, насмерть перепуганная и, если судить про ее странным раскоординированным движениям, не слишком трезвая. За ней - разозленный мужик. С такой комплекцией в шахте кайловать надо бы, а не в сутенеры…
- Только без паники, мэм, вы в надежных руках, - поведал Гален, ловко подхватывая девицу прежде, чем она свалится в груду глянца, повествующего о шикарной жизни в Голливуде. Врут, наверное. Но зато как привлекательно.
- Ты, - он помахал рукой мужику, - сразу разворачивайся и вали туда, откуда вылез.
Это была, можно сказать, попытка уладить дело миром, без ареста, наручников и рандеву в участок. Но благие намерения редко находят в людях отклик. Здоровяк на бегу сделал движение, очень хорошо детективу знакомое. Нехорошее такое движение.
- Пригнись! - не дожидаясь, пока девушка сообразит, что делать, он дернул ее вниз, на всякий случай сам пригибая ей голову, сверху на них посыпались сбитые выстрелом газеты. Полицейский, не задумываясь, пальнул в ответ: стрелок схватился за правое плечо и оступился, припадая на колено. Но тут на линию огня выкатился автомобиль, вторым выстрелом Кассиди высадил ему боковое стекло, но на этом его стрелковые успехи закончились. Все же дело было вечером.
Гнаться за уезжающим авто было бессмысленно. Во всяком случае, не пешком, и уж точно не Галену, который после давнего своего ранения был не силен в беге.
- Ты как, живая, не задело? - принялся он пытать девушку, так толком и не понимая, в кого из них собственно стреляли. Продавец тем временем трясущейся рукой протягивал детективу пачку «Lucky Strike» и бормотал, что денег не надо. ,

Отредактировано Galen Cassidy (2018-08-04 08:04:01)

+4

8

Уверенно подхваченная сильной рукой и обнадеженная таким же уверенным голосом и обещанием, Одри Рочестер хотела типично по-женски разрыдаться от облегчения, но не успела. Потому что следом загрохотали выстрелы, причем некоторые - прямехонько над ее головой. Выстрелы девушка слышала и раньше, она не даром родилась в Техасе, свободолюбивом штате, где оружие в открытую носили практически все мужчины. Но в эпицентре пусть и короткой, но перестрелки, ей побывать еще не доводилось. Коротко взвизгнув, Одри прикрыла голову связанными руками и послушно пригнулась: мужчина не оставил ей особого выбора, если бы она замешкалась, он бы, наверное, шею ей свернул. А потом… все закончилось. Хотя одурманенный опиатом разум мисс Рочестер поначалу отказывался в это поверить.
Живая… Не задело… Вопросы карябали слух, но не достигали сознания Одри, так что она даже не пыталась отвечать на них. От всего пережитого девушку колотила крупная дрожь. Что удивительно, она понимала, как глупо сейчас выглядит, даже где-то в глубине души злилась на себя за это, - пустышка, гламурная дурочка, вспомни, кто ты, и не позорься, - но не могла совладать ни с дрожью, ни с наконец-то градом покатившимися по щекам слезами. Слезы должны были принести облегчение, раньше так всегда бывало, но на этот раз от них только трясло еще сильнее.
- С-с-спасибо…
Это все, на что хватило сил у мисс Рочестер, после чего колени ее ослабели окончательно, и она неловко уселась прямо на тротуар, уподобившись хорошенькой, но поломанной дурным обращением кукле. Со смазанной на щеку после попытки заткнуть ей рот яркой помадой, растекающейся тушью и кровоточащими ссадинами на ногах нынешняя Одри мало напоминала ту жизнерадостную и преисполненную предчувствием счастья девушку, спешащую в ночной клуб на вечеринку и встречу с любимым. Даже мелькнувшая было мысль об Александре не оставила после себя ничего, кроме горькой, какой-то детской обиды. Где он сейчас? Почему не с ней? Как он допустил все это?
Последнего получаса, проведенного в «Cocoanut Grove» Одри практически не помнила, и естественно, не знала о том, что похожие провалы в памяти - один из побочных эффектов коктейля, которым ее угостили. Не помнила она и того, что Левитт в его состоянии вряд ли мог бы, даже если бы всем сердцем пожелал, вступиться за свою подружку.  По сути он оказался такой же жертвой похитителей, как и сама мисс Рочестер. Но в ее глазах художник являлся сейчас предателем и безусловным виновником ее ужасного положения. И поэтому Одри продолжала горько рыдать, оплакивая и пережитый страх, и крушение надежд, и скоропостижную кончину своей первой возвышенной любви.

+3

9

- Мне нужен лоцман, - пробормотал Кассиди, впечатленный потоком проливающихся на его глазах слез. Он сунул револьвер в кобуру, снял пиджак и накинул его на плечи дрожащей, как осиновый лист на ветру, девушки. Может, у нее это нервное, а может и от холода. Днем солнце припекало уже до жары, но с наступлением темноты по-весеннему резко холодало. А от тонкой блестящей тряпки, которую некоторые полагают платьем, никакого толку в разрезе обогрева. Детектив понимал, впрочем, что такие платья одевают с иными целями, и тут они свое назначение оправдывают. Ноги у блондинки, несмотря на рваные чулки и запекшуюся на коленях кровь, были, что надо. Да и сама она… Черт возьми, совсем девочка, и туда же!
Надо сказать, что Галена не посещали ни малейшие сомнения в том, с кем он имеет дело. И мисс Рочестер, имей она возможность заглянуть в его мысли, была бы оскорблена этой уверенностью.
Кассиди присел на корточки рядом с… ну, так скажем, не слишком удачливой в выборе клиентов, путаной, и требовательно ухватил ее за подбородок.
- Так, ну хватит, весь Бэй Ридж затопишь. Имя у тебя есть? Может, поделишься?
- Так бы и сказал, что тебе нравятся старлетки, - вокруг них начал собираться народ, подтянулась и уже знакомая ирландцу проститутка. И тут же недовольно поджала губы, демонстрируя естественную ревность к товарке по ремеслу. Тут ей и стрельба, и пиджак с полицейского плеча. И вообще, расселась, ноги расставила!
- Попрошу без домыслов, - огрызнулся Кассиди. - Перочинный нож есть?
- Только вещичка от Elarco, поделиться, вдруг пригодится? - Она с хохотом наклонилась, пытаясь засунуть в карман пиджака детектива алюминиевую коробочку с противозачаточной губкой.
Гален тем временем развязывал девушке руки, запястья у нее были тонкие, кожа нежная. А вот взгляд странный, блуждающий, так что полицейский на всякий случай прощупал пальцами вены на обоих руках, нет ли там следов от уколов.
- Из ваших? - спросил хихикающую шлюху.
- Первый раз вижу. Ого, какое знатное колечко. Подруга, дай поносить.
- По-моему ты в конец обнаглела, - не выдержал коп. - Ну-ка пошла вон, а то все вместе в участок прокатимся!
Кольцо и правда было красивое, благодаря завистливости старшей проститутки, Кассиди тоже обратил на него внимание. Особенно на камень. Который, будь он настоящим, стоил бы больше, чем годовой заработок детектива. А значит, просто красивая стекляшка. Что только укрепляло его во мнении о спасенной им девушке.
- Знаешь что, поедем и правда в участок, - решил Кассиди. - Поищем твои отпечатки в местной картотеке, может, и имя там найдется, и адрес.
- Такой нежный цветочек - и ночевать в каталажку, - не унималась злоязыкая жрица любви. - Тебе там понравится, милочка, там на ночном дежурстве много скучающих легавых.

+2

10

Пиджак все еще хранил тепло тела своего владельца. Он лег на плечи Одри согревающей тяжестью, взбодрил ее запахом табака и дешевого одеколона, и, едва мужчина развязал ей руки, девушка тут же торопливо запахнула полы пиджака, кутаясь в него и смущенно придерживая воротник под самым горлом, чтобы хоть как-то скрыть от взглядов окруживших их зевак вырез своего многострадального платья, слишком открытый для этого места и времени.
- Одри… Меня зовут Одри, - прошептала она, пытаясь избежать прямого и оценивающего мужского взгляда.
Он был не слишком-то учтив с ней, ее неожиданный спаситель. Настоящие джентльмены, совершенно точно, так себя не ведут. Девушка сонно хлопала ресницами, после бурных рыданий она начинала впадать в прострацию, и разум ее по-прежнему не успевал за вопросами. Так что пока Одри думала о том, что это еще за Бэй Ридж, который сейчас будет затоплен ее слезами, разговор свернул с какую-то совершенно неприятную сторону.
Мало того, что размалеванная девица в открытую насмехалась над ней, мужчина надумал везти ее в полицию. То есть, конечно, мисс Рочестер не сомневалась в том, что полиция всегда на страже закона и порядка, и полицейские - именно те люди, что сделают все, как надо. Но при мысли о том, что все случившееся придадут огласке, бледные щеки непутевой дочери своего слишком широко известного отца стремительно залила жгучая краска стыда. Она представила свою фотографию, которую сделают в участке, потом как у нее будут брать отпечатки пальцев, будто у какой-то преступницы. Заголовки газет: репортеры всегда знают о том, что происходит у полицейских, они налетят на сенсацию, как мухи на мед. Представила, как люди с фотокамерами толпятся вокруг дома, лицо отца, объясняющегося с газетчиками. Он никогда не простит ее за такое. Это невозможно допустить!
Издевки проститутки пропали втуне, мисс Рочестер даже не поняла, чем та ее пугает, потому что боялась она совсем других вещей.
- Прошу вас, не надо. Не нужно в участок, - взмолилась Одри, торопливо хватая Кассиди за руку. Она замотала головой, всем своим видом выражая нежелание иметь дело с копами. О том, кем на самом деле является сам ее спаситель, и почему он носит оружие, девушка еще не пыталась задумываться. - Мне… нельзя в участок, понимаете. Пожалуйста, отвезите меня домой. Я хочу домой.
Одри. не сдержавшись, снова громко всхлипнула.
- Боже всемогущий, я просто хочу домой!

+3

11

Гален задумчиво потер подбородок.
С одной стороны, по факту перестрелки он обязан был составить рапорт. С другой - шлюха права. Если он сейчас отвезет эту девушку в участок, ничего путного дежурный от нее не добьется, отправит отсыпаться за решетку к задержанному с вечера сброду.  В то, что сослуживцы могут воспользоваться ее положением, Кассиди верить не хотелось, но с проститутками полицейские обычно не церемонились, из песни слов не выкинешь. С чего ему самому с ней возиться - вопрос отдельный. То ли банальная жалость, то ли привычка доводить дело до конца.
- Хорошо, я отвезу тебя домой. Понимайся, до машины придется пройтись.
Тут же выяснилось, что сказать легче, чем сделать.
Он помог девушке встать, вернее, просто сам поставил ее на ноги, но ту так шатало, что об «идти» и речи не было.
«Отлично. Романтический вечер по первому разряду, - вздохнул ирландец, полностью подхватывая Одри на руки. - И вот так - квартал. В церкви от алтаря и то топать приходится меньше!»
Несколько раз пришлось останавливаться, прислоняя свою ношу к стене, чтобы отдышаться.
- Ты помнишь, что ты пила? С кем? - снова попытался в расследование Кассиди, но безрезультатно. Он уже видел людей в таком состоянии, в полиции жизненный опыт обогащается прямо на глазах. Иногда смесью спиртного и снотворного угощали клиентов проститутки, иногда наоборот. В обоих случаях о благих намерениях речи не шло. По его полицейскому прогнозу начинающая путана окончательно придет в себя дай бог чтоб к завтрашнему утру, и даже тогда вряд ли многое расскажет.
Добравшись до цели, Гален усадил девушку в полицейский Форд, сбегал позвонить, - попросил дать ориентировку по больницам в отношении мужчины с пулевым ранением в правое плечо или правую верхнюю часть грудной клетки, - распечатал новую пачку сигарет, затянулся и завел мотор.
-  Ты это, не засыпай пока, красавица моя,- он настойчиво потряс Одри за плечо. - Куда едем, где ты живешь?

+2

12

Последний раз Одри носил на руках брат. Ей было четырнадцать, и она подвернула ногу, неловко соскочив с лошади, И все это потому, что слишком спешила взглянуть на аэроплан, который подарил Ричарду отец. Ярко раскрашенный биплан "Ньюпор" смотрелся так необычно посреди выжженной солнцем прерии.
"Я уже забросила своих кукол, - смеялась она тогда. - А ты, Риччи, до сих пор играешь в игрушки".
Одри вздохнула. Грустные воспоминания.
Александр никогда не носил ее на руках. Смог бы? Левитт был высоким, но узкоплечим, утонченным, как мысленно называла его мисс Рочестер. Этот мужчина совсем не таков. Он крепко прижимал девушку к себе, так, что Одри, даже укутанная в пиджак, чувствовала боком твердость револьверной рукоятки и слышала гулкие удары чужого сердца сквозь тонкую ткань светлой рубахи.
Он хороший. Грубоватый, но хороший. Он отвезет ее домой.
А сама она, наверное, тяжелая. Потому что толстая. Ну, конечно, не нужно было вчера есть торт в кондитерской после занятий!
Одри засыпала и никак не могла заснуть, она словно повисла в каком-то вязком безвременье, так что не могла даже сказать, сколько времени просидела в одиночестве, свернувшись калачиком на сиденье форда.
Что? Не спать? Она вовсе не спит! И прекрасно помнит, где она живет!
Мисс Рочестер уверенно, как ей показалось, выговорила адрес.
Мужчина смотрел на нее с подозрением.
Что-то не так?
Девушка повторила еще раз, даже для верности назвала город и штат.
Бомонт, штат Техас.
И не нужно на нее так пялиться!

Отредактировано Audrey Rochester (2018-08-06 19:58:45)

+2

13

- Куда?!
Кажется, он ожидал чего-то подобного. Нет, ни черта! Ничего подобного он не ожидал.
Кассиди с чувством выругался, девица смотрела на него укоризненно. Ну, конечно, джентльмены при женщинах не выражаются. Но мать его так, какой Техас?!
«Спокойно, Гален, ты же почти полгода подыхал без морфина, ты же знаешь, что наркотики делают человеку с головой. Когда-то девочка жила в Техасе. И это она помнит. А где живет сейчас - вспомнит, когда придет в себя. Только ехать-то нам куда?»
- Я отвезу тебя ко мне домой, понимаешь меня? - детектив старался говорить медленно и раздельно, как с больным ребенком.
«Вот он уже водит к себе проституток, когда-то надо ж начинать».
- Ты согласна?
Как будто, согласна она или нет, имеет сейчас какое-то значение. Или к нему, или в чертов участок. Ладно, молчание и есть знак согласия.

Кассиди жил на Юниверсити Авеню в шестиэтажном многоквартирном доме из традиционного для построек тех лет красно-коричневого кирпича. Порождение строительного бума, обрушившегося на Бронкс после того, как туда протянули новую ветку метро, он принадлежал Уильяму Муру, владельцу крупной и преуспевающей строительной компании. Тот имел привычку называть все, что он возводил, в честь членов своей семьи. Это здание носило имя его дочери Луизы. «Лумур»*. Не бог весть какой дворец, но в двухкомнатной квартире детектива на втором этаже был свой отдельный санузел, горячая вода и центральное отопление. Такими удобствами могло похвастаться далеко не каждое съемное жилье. И, - настоящая роскошь, - отдельный телефон. Но это ему полагалось по службе.
Армия приучила Галена к спартанской неприхотливости, но то, на чем можно сидеть, есть и спать, у него в жилище имелось.
В прихожей он вытряхнул Одри из своего пиджака, в спальне усадил ее на кровать и отправился за спиртом, марлей и пластырем: колени ее выглядели ужасно и до сих пор продолжали кровоточить.
В машине девушка задремала, но пока они поднимались на второй этаж, проснулась, и теперь наблюдала за Кассиди рассеянным взглядом, так что детектив никак не мог взять в толк, делается ей лучше, или нет.
Светлые, под цвет платья чулки, висели лохмотьями, и вообще были уже безнадежно испорчены и мешали промыть ссадины. Когда ты занят делом, о приличиях думать некогда, так что Кассиди без всяких задних мыслей задрал девице подол платья и принялся отстегивать клипсы от чулок. Но уже к третьей застежке уяснил, что далеко не так бесчувственен и равнодушен к представительницам древнейшей профессии, как ему хотелось бы. Во всяком случае гладить девочку по внутренней стороне бедра никакой необходимости не было, это уже просто приятный бонус. Вопрос только в том, приятный кому?

*2512 University Avenue LouMoore Apartments стоит на том же месте и по сей день, там до сих пор можно снять квартиру.

Отредактировано Galen Cassidy (2018-08-07 03:05:47)

+2

14

Для мисс Рочестер долгий крепкий сон был бы куда полезнее, чем отрывочная дрема по дороге из одного незнакомого места в другое, такое же ей незнакомое. Дом, в котором она никуда не была, чужая квартира, так мало похожая на то, к чему привыкла Одри, взрослевшая сначала на ранчо, потом в огромном особняке в Бомонте, и наконец, обосновавшаяся в просторном доме тетки Мелиссы в верхнем Ист-Сайде.
Она продолжала цепляться за Кассиди, - единственное в этом круговороте мест и событий уже привычное ей живое существо, - и когда в прихожей полыхнул яркий электрический свет, торопливо спрятала лицо у него на груди, страдальчески жмурясь.
Потом была спальня, кровать… Мужчина не уходил, и Одри чувствовала какое-то смутное беспокойство от его деловитых движений. Она нерешительно теребила одеяло, и почему-то у нее никак не получалось облечь в слова несложное в общем-то умозаключение о том, что теперь самое время оставить ее одну.
В комнате запахло спиртом, и мисс Рочестер тут же замутило. А потом мужские руки оказались у нее под юбкой, и это произошло так пугающе-внезапно, что Одри, охнув, рефлекторно сжала колени, и только потом сообразила, что теперь сама же удерживает руку мужчины там, где ей совершенно не полагается быть.
- Не трогайте меня, - потребовала девушка, пытаясь забиться в самый дальний угол узкого ложа и с затравленным видом оглядываясь - Я буду кричать. Я… Я в окно выпрыгну!
Если бы мисс Рочестер была в состоянии думать и рассуждать здраво, она признала бы, что в фильмах и романах герой вправе рассчитывать на благосклонность героини после того, как спасает ее из лап негодяев. Но после всего, что с ней сегодня произошло, Одри напрочь расхотелось чувствовать себя героиней романа.

Отредактировано Audrey Rochester (2018-08-07 22:32:34)

+2

15

Недолгая внутренняя дилемма Галена разрешилась сама собой. Если женщина говорит «нет», то не столь в общем-то важно, кто она и почему отказывается от близости. Нет, и все тут.
- Не надо кричать, я тебе верю, - усмехнулся ирландец. С девицы, выпрыгнувшей на ходу из авто, станется и в окно сигануть. - И не бойся, ничего плохого я тебе не сделаю. Просто сядь нормально. Нормально, говорят тебе.
Все еще немного раздраженный, - что ж, сам виноват, - он скатал с ног Одри порванные чулки и принялся обрабатывать ссадины. Девушка настороженно замерла, Гален почти физически ощущал повисшее в комнате напряжение. Подумать только, какая недотрога. Или, быть может, тот здоровяк, которого он подстрелил, слишком сильно ее напугал…
- Готово, - закончив с пластырем, Кассили вытер руки полотенцем, и поднялся. На руках поносил, на коленях постоял, пора и честь знать. - Спокойной ночи.
И пошел в гостиную, покурить и устраиваться на ночлег.

Утром детектив поднялся привычно рано, а вот гостья его не спешила с пробуждением. Гален не видел смысла ее будить, сон в данном случае носил терапевтический эффект. Но и оставить одну не мог. Во-первых потому, что все еще надеялся на внятный разговор о вчерашних событиях. А во-вторых потому, что опасался, что, оставленная без присмотра, девица попросту исчезнет, и хорошо еще, если ничего с собой не прихватит из его квартиры.
Так что Кассиди пришлось позвонить на работу и сослаться на страдания от простуды.
- То есть от похмелья, сынок? - уточнил старший инспектор Вагнер, успевший неплохо уже изучить болезни своих подчиненных. - Кстати, я еще не решил, кому из детективов передать дело Рупперта О’Доннела. Пожелания есть?
- Мне наплевать, - жизнерадостно сообщил Гален.
- Правильный ответ, - одобрило начальство, убедившись, что полицейский уже не злится из-за того, что его отстранили от расследования - Если простуда пройдет до вечера, выходите на ночное дежурство вместо дневного, детектив.
Что ж, в ночное так в ночное. А пока можно было сообразить себе поесть и засесть за учебу.

Отредактировано Galen Cassidy (2018-08-08 01:46:55)

+2

16

Одри Рочестер но осознавала, как долго она проспала. Поначалу вязкий, наполненный обрывками кошмарных видений, к утру сон ее успокоился, а когда стрелки на немом будильнике миновали три часа дня, в дело вмешался голод. Сладко зевнув, девушка внезапно поняла, что хочет кофе и завтрак. Сквозь дремоту она потянулась к кнопке звонка, вызывающего прислугу, но почему-то никак не могла ее нащупать.
Наконец, недовольно протирая глаза, Одри села на постели, и, в следующую минуту, распахнула их во всю ширь в немом потрясении. Потому что проснулась она не дома, а вообще непонятно где. Ни этой комнаты, ни этой кровати мисс Рочестер никогда в жизни не видела.
Она растерянно оглядывалась, еще не совсем понимая, как ей воспринимать увиденное, как какую-то нелепую шутку или повод для страха. Но главным поводом для страха оказались собственные руки, вернее успевшие уже налиться краснотой будущих синяков ссадины на запястьях.
Лихорадочно облизнув губы, мисс Рочестер торопливо выпуталась из одеяла и принялась себя осматривать и ощупывать. Платье на месте, хоть и порванное, чулок нет, колени залеплены пластырем. Она напилась на вечеринке? Заночевала у кого-то из приятелей Левитта?
Все, что приходило Одри в голову по этому поводу, было или неприятным, или непристойным, и уж точно не обрадует тетку. Некстати вспомнив о собственных намерениях лишиться невинности в объятьях настойчивого художника, девушка густо покраснела. Воспоминания о прошедшем вечере возвращались, но с трудом и не все сразу. Теперь Одри вспомнила, как пила с Левиттом мартини, хоть поначалу и не хотела этого делать. Может быть, он напоил ее специально, чтобы… Чтобы… Ох, нет!
- Александр! - позвала она, полная решимости потребовать у возлюбленного объяснения происходящему. То, что художник может быть не причем, в голове Одри не укладывалось настолько, что она даже думать себе об этом запретила. - Александр!!!
Однако на ее призывы, вместо Левитта, явился совсем другой человек. Этого молодого мужчину Одри тоже совершенно точно не знала. Так подсказывал девушке разум. И в то же время он казался ей знакомым. Подобная двойственность восприятия поставила мисс Рочестер в тупик.
- Кто вы такой?! - почти что взвизгнула она, заворачиваясь в одеяло с такой же стремительностью, с какой совсем недавно избавлялась от него.
"И почему в таком виде?!"

Отредактировано Audrey Rochester (2018-08-08 19:41:31)

+2

17

Когда из спальни послышались первые признаки жизни на Марсе, ирландец облегченно вдохнул. Признаться, Кассиди начал уже немного беспокоиться и даже подумывать о том, не пора ли передавать дело в руки специалистов, то есть везти девушку в больницу. Он мог ведь и ошибиться в своих предположениях относительно ее состояния, опиаты с алкоголем на всех действуют индивидуально.
Спящая красавица, слава богу, пробудилась без поцелуя, и теперь призывала какого-то Александра: самое время было выяснить, кто он такой, не тот ли громила с пистолетом.

Гален остановился в дверях спальни, опираясь плечом о дверной косяк. Все-таки он не Александр, мало ли как отреагирует на этот занимательный факт его гостья. Лучше пока оставить расстояние между ними «безопасным».
При его появлении, девушка стремительно закуталась в одеяло и потребовала объяснений.
- Не помнишь меня? - беззлобно усмехнулся Кассиди. - Что ж, давай знакомиться заново.
Она выглядела посвежевшей, хоть как следует отмыть горе-путану от разводов вчерашней туши и помады не помешало бы. Главное, что взгляд девицы сделался осмысленным, остальное приложится.
Что до своего облика, Гален никак не предполагал, что он может кого-то шокировать. Майка и темные брюки на подтяжках. Ну, не в смокинге же ему по собственной кухне разгуливать?
- Ты Одри, коль не врешь, - напомнил он. - Я Гален. Гален Кассиди. И ты у меня в гостях. Я снял тебя вчера на перекрестке третьей авеню и девяносто третьей стрит. У тебя что-то не заладилось с клиентом, пришлось немного успокоить смутьяна. Ты выскочила на ходу из авто со связанными руками. Да еще и под какой-то дурью. Я привез тебя сюда, и, раз уж ты выспалась и пришла в себя, хотел бы узнать подробности твоих вчерашних похождений. Не то, чтоб я сильно взволнован случившимся, но когда в меня палят из револьвера, очко поигрывает. Поэтому я преисполнен желания найти стрелка и исправить ошибки природы. Ты ведь поможешь мне, Одри?
С дамой ирландец никогда не стал бы беседовать в подобном тоне,
Но он и не предполагал в этой ночной бабочке «даму». С какой стати? И пусть даже он не желает ей зла, пикантная ситуация предполагала некоторую фамильярность общения.

+2

18

Мисс Рочестер слушала Кассиди, всей душой желала не верить ни одному его слову, и … не могла. Потому что следом за каждой его фразой в памяти как будто приоткрывалась дверца в очередной темный чулан, и к концу рассказа Галена обрушившиеся на Одри воспоминания даже обгоняли откровения мужчины.
- Боже мой, - девушка со стоном прижала пальцами виски. - Я думала… Я надеялась, что все это просто дурной сон. Кошмар. А это… нет?
Она внезапно еще раз прокрутила в голове только что услышанный рассказ и гневно сверкнула глазами.  Что значит "снял"? Что значит, "не заладилось с клиентом"? Да как он смеет? Да за кого он ее принимает?!
- Я не проститутка, - по-кошачьи прошипела Одри, сначала в очередной уже раз краснея, а потом бледнея от обиды. - То, что вы меня выручили, - а это сделал бы любой мало-мальски порядочный человек, - не дает вам право меня оскорблять. Еще и стоите тут… в исподнем! Как будто вы… мы… А мы что? - Внезапно сбившись на шепот, выдавила мисс Рочестер.
Вот этого она не помнила. Совсем. И теперь беспокойно разглядывала разобранную постель в надежде отыскать на смятых простынях подтверждение или опровержение тому неприятному предположению, что ее только что посетило. Что могло помешать мужчине, полагающему ее проституткой, обращаться с ней, как с проституткой?! И вот теперь он стоит тут, насмехается над ней и смотрит… как на свою собственность! И он-то все помнит… А она ничегошеньки!!!
- Мне нужно позвонить. Сейчас же, слышите, - выпалила Одри. - Позвонить домой. Я не могу тут больше оставаться. Я не хочу тут оставаться. Ни минуты! Где-то здесь есть телефон?
Все еще замотанная в одеяло, как египетская мумия, она вскочила на ноги, порываясь немедленно вернут себе свободу. Вот только путь к свободе преграждал мужчина в дверном проеме, который не спешил уступать мисс Рочестер дорогу.
Девушка метнула взгляд на окно. Она снова что-то вспоминала, но в здравом рассудке храбрости у Одри поубавилось, а благоразумия - наоборот.

+2

19

«А девочка, похоже, не врет, - вынужден бы признать Кассиди, наблюдая за этой занимательной сценой обиды и запоздалой женской растерянности. - Она не шлюха. Хотя вчера имела все шансы ею стать. Может, в этом как раз вся соль истории? Потому и опиум, потому ее и связали».
- Вчера вы пообещали выброситься в окно, если я дотронусь до вас, - в голосе детектива заметно добавилось вежливости и даже отчасти сочувствия. - Поэтому мы с вами счастливо переночевали в разных комнатах. Я очень рад тому, что вы не проститутка. Это избавляет меня от сомнений относительно того, нужна ли вам была моя помощь. Но мисс, не знаю, как вас там… Душ, обед, телефон и что там вам еще может понадобиться, вы получите не раньше, чем расскажите мне, что с вами случилось. Это ясно?
Для верности Кассиди скрестил руки на груди, всем своим видом давая понять, что если его гостья откажется откровенничать, то окно для нее снова останется единственным путем для бегства. Вчера вечером она умоляла Галена не везти ее в участок, и поэтому детектив предположил, что у хорошенькой белокурой малышки могут быть какие-нибудь личные неприятности с законом. Наступил новый день, девушка пришла в себя, и если она, как утверждает, добропорядочная гражданка и телом своим не торгует, чего ей опасаться? Уж тут-то полиция будет целиком и полностью на ее стороне.
- Вы знаете, который час? Уже почти четыре. Если у вас есть родственники, имейте в виду, они уже запаниковали, - безжалостно предположил ирландец, пытаясь наугад выяснить, как у девушки обстоит дело с родней. Он надеялся, что снова в Техас она не попросится. И еще слишком юна, чтобы жить одна.  - Чем скорее вы закончите со мной, тем скорее вернетесь в круг семьи. Ну же, я же вижу, что вы уже многое вспомнили. Так говорите.

+2

20

"Он рад, нет, вы только подумайте!" - в душе бушевала мисс Рочестер. Но на самом деле уверения Кассиди, что между ними ничего не было, ее удовлетворили и успокоили. Кажется, этот человек пока еще не давал повода ему не верить.
"Неужели я угрожала, что выброшусь в окно? - удивилась она самой себе. - Чем это он смог так меня напугать?"
Одри начала осторожно разглядывать Галена, невольно сравнивая его с эталоном своих девичьих фантазий, то есть с Левиттом. И с изрядной долей раздражения вынуждена была признать, что Александр во многом проигрывает "этому Кассиди". Ее спаситель был, кажется, из породы тех простых парней, которые, при явной нехватке учтивости в обхождении, все умеют, за все отвечают и ничего не боятся. Ранее мисс Рочестер полагала подобных представителей сильного пола скучными и примитивными, но, быть может, она просто не слишком хорошо присматривалась?
- Я поехала на вечеринку, - девушка снова опустилась на постель, на этот раз неловко пристроившись на самом ее краешке. - Могу себе представить, что вы сейчас думаете, мистер Кассиди, но не в какой-то притон, а в дорогой клуб на Манхеттене, - надменно заявила Одри. - там собираются студенты и творческие люди из Гринчвич-Виллидж. Богема.
Она вновь обвела взглядом простенькое убранство спальни. К творческим людям и богеме хозяин этой квартиры точно не имеет никакого отношения. Кто же он сам, чем занимается? Кроме того, что "снимает" девочек в Бруклине.
- Там меня встретил Александр. Это мой парень. Мы выпили немного  мартини, потанцевали. А потом… Я не знаю, что со мной произошло, какой-то провал памяти, пустота, - Одри снова принялась массировать виски, но это не помогало. - Я пришла в себя в автомобиле. Связанной. Там было еще двое мужчин, они потешались над тем, что я очнулась раньше срока.
Не удержавшись, девушка жалобно всхлипнула, заново переживая вчерашний страх.
- Мне показалось, что они собираются сделать со мной что-то ужасное. Глупо, правда? Каким-то чудом мне удалось открыть пассажирскую дверь, и я… "выпрыгнула", наверное, звучит слишком пафосно. Вывались на дорогу. Вокруг на улице были люди, я видела их, но они не пытались заступиться за меня, просто смотрели. А потом вы. И выстрелы. Мне жаль, но мне кажется, я не смогу вам помочь. Я не знаю человека, который в нас стрелял. Да и зачем вам искать его?

+2


Вы здесь » 1920. Потерянное поколение » Сыгранное » Страшная сказка на ночь


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC